- Я так понимаю, что выбора вы мне не оставили, предложив взамен некоторые варианты, да?

- Абсолютно верно. И я очень рад, что вы это правильно поняли. Значит, не все так плохо, верно?

- А подумать я могу?

- Разумеется! Кто ж такие проблемы решает с бухты-барахты? Конечно, подумайте. Ха, помните шутку переломных лет? "Вступлю в партию. Возможны варианты!" Ох, Александр Борисович, дорогой вы мой, нет ничего нового на этом свете. Думайте, размышляйте. Недели вам вполне хватит.

- На что? - наивно спросил Турецкий.

- На то, чтобы написать достаточно убедительное заявление вашему другу и шефу Константину Дмитриевичу Меркулову и найти собственные аргументы, если мои не показались вам достаточно убедительными. Сегодня у нас с вами что? Воскресенье. А у вас работа, это ж надо? Действительно, ни сна ни отдыха... Ну вот, до следующей субботы как раз и хватит. Ежели желаете наиболее удобный для себя вариант... В субботу, скажем, на этом же месте либо где-нибудь рядом, договоримся еще, вы приносите мне в конверте копию врученного Меркулову своего заявления об уходе из Генеральной прокуратуры не из юстиции, помилуй бог! - я беру у вас этот конверт, вручаю другой, где будут находиться триста тысяч баксов, при необходимости предоставляю вам охрану - чин по чину! И мы расстаемся. Каждый идет в свою сторону.

- Значит, вы уже все продумали? А где гарантии?

- Александр Борисович, - обиделся старик, - не надо. Вон у вас поди "макаров" под мышкой, а я разве усомнился, что у вас тоже есть слово чести?

- Скажите, я даже не знаю вашего имени, где я мог вас видеть раньше?

- А вы можете меня в дальнейшем называть Иван Иванычем, чем плохо? Истинно по-русски. Но мы не виделись. Точнее, вы меня - нет, зато я вас и видел, и многое о вас знаю. Профессия такая.

- Адвокат?

- И это. Отчасти. Но не будем забивать мозги мелочами. Значит, в следующую субботу. Примерно в середине дня. Уточним. Здесь или рядышком. Даю вам свое слово. Оно ценится.