- Не сомневаюсь. Ну а если все-таки передумаю? Сразу стрелять будете?

- Хотите знать, к чему готовиться? Право, не стоит. Однова живем, Александр Борисович, как говорили старики. К коим я принадлежу в гораздо большей степени, чем вы, молодой еще, по сути, человек... Но чтобы вы, как тот райский плод, быстрее дозревали, в течение недели разок-другой вам, вероятно, напомнят о нашем уговоре. На дорожку не желаете еще? - Старик щелкнул пальцем по графинчику.

- Нет, благодарю вас.

- Вольному - воля.

Старик чуть привстал и кивнул Турецкому, прощаясь.

Руки они друг другу не пожали. Александр Борисович, скосив глаза, увидел застывших истуканами братанов, сидевших перед банками с пивом. Тоже кивнул и поднялся.

Выйдя из "Фиалки", всей грудью вдохнул вечерний апрельский воздух и вдруг ощутил, что у него закружилась голова. Может, от напряжения.

Он задернул молнию куртки до самого подбородка и пешком пошел в сторону метро.

И подспудно проклюнулась мысль: ты будешь большой дурак, Турецкий, если не найдешь выхода. И большой негодяй, если с ними согласишься...

Глава первая

В ТЕМНОМ ПОДВАЛЕ

- Турецкий! Где ты опять шляешься? Где тебя все время черти носят?

Вопросы - один другого интересней...

- Ты, что ль, Василь Васильич? Где, не вижу!

- Ну сам подумай головой, какой еще дурак будет сидеть тут, в темноте, ночи напролет? И ждать, когда господин "важняк" соизволит прибыть?

- Извини, Василь Васильич, пришлось немного задержаться. А ты сам чего так рано явился?

- Это какое же рано? Ночь на дворе! И к тому же не тебе, мальчишке, учить меня азам оперативно-розыскной работы! А заодно запомни: является только ангел небесный, да и тот - в девичьих снах! А мы, муровцы, прибываем к месту проведения операции, усек?

- Еще как! А, черт! Да на что это я тут каждый раз натыкаюсь? У тебя же фонарь есть, так посветил бы, я все же какой-никакой, а сейчас тебе начальник!