- Скажите мне по-совести, Александр Борисович, сколько бы вы хотели отступного?

- Как-то не приходилось думать на эту тему.

- А вы прикиньте! Двести тысяч "зелененьких"? Без налогов и обложений. На устройство новой жизни. Это - сумма.

Турецкий вздохнул. Поправил очки, усмехнулся.

- Ну ладно, пусть будет двести пятьдесят. На тех же условиях.

- А с вами, смотрю, не соскучишься.

- Александр Борисович, - похоже, старик обиделся немного, - ну сами-то побойтесь Бога! Триста - это уже край!

- А если я откажусь?

- Не стоит вам этого делать. - Помрачнев, старик резко мотнул головой. - Я ж говорю: край.

- Ну а все-таки? - Игра была совсем не забавной, но казалось, что старик еще не все сказал, что ему велено. И не он здесь тоже главный. Но и не пешка.

- Если вы совершите эту ошибку, понимаете? - Взгляд старика стал холодным и строгим. - Ну... для начала... на вас уже столько компромата, что мало не покажется. Особенно если вылить все разом и практически во все центральные издания. Одно дело, когда вы сами уходите, совсем другое, когда вас попросту вышвыривают. А речь пойдет об этом... Дальше - жена и дочь. Вряд ли им нужен такой позор!

- Но есть же и радикальные способы решения сложных вопросов? Турецкий откровенно ухмыльнулся.

- Есть... - Старик внимательно посмотрел ему в глаза и тоже хмыкнул: Конечно, есть. Но зачем? Вы - настоящий профи. У вас, повторяю, талант. А мы что, идиоты, чтоб убирать тех, на ком дело держится? Бывают, разумеется, безвыходные ситуации. Случаются и ошибки, куда без них, все - живые люди. Но вас мы уважаем. Да и скандал, честно говоря, никому не нужен. Ну уберут... Кинутся распутывать. Пока то да се, дело стоять будет! Вам ведь в вашей практике частенько подбрасывали уже ненужного киллера, верно? Ну что ж, мавр сделал свою черную работу... А вы еще молодой. Мне бы да ваши годы! Ох, дорогой мой!..